Молитва основа духовной жизни

Все о религии и вере - "молитва основа духовной жизни" с подробным описанием и фотографиями.

Основы духовной жизни

«Разве не знаете, что вы храм Божий, и Дух Божий живет в вас?» ( 1Кор. 3:16 ).

Единственная цель нашей жизни – быть единым с Богом. Когда ты строишь эту связь, всё остальное вокруг работает. Когда ты ее не имеешь – ничего не срабатывает.

Когда ты любишь Бога – тогда ты и начинаешь совершать молитву. А когда ты начинаешь совершать молитву, любя Бога – тогда ты любишь и ближнего.

А когда любишь ближнего – тебе опять легко продолжать любить Бога, и во всем появляется смысл. Как добиться этого? Через благодарность. Мы можем научиться любви только через благодарность. Что такое благодарность? Благодарность возникает тогда, когда ты кому-то что-то должен. Когда делают что-либо для вас, но вы не имеете никакой возможности отплатить за это. И вот это неимение возможности вернуть долг смиряет вас, оно заставляет вас понимать, что вы не можете отблагодарить.

Благодарность к Богу в понимании, что мы и всё, что мы имеем, – от Него. И поэтому мы благодарны Ему со смирением. Не с гордостью, но со смирением. А когда мы смиренны, тогда мы можем любить. Без этого мы горды и любим только себя.

Как можно развить наши способности, чтобы жить согласно с заповедями Христа, согласно со Святым Духом?

Только одно имеет значение: сохранить напряжение молитвы и покаяния.

…пост, воздержание, молитва! Это своего рода весла, которыми гребут, отталкивают от себя тяжелую воду, все грубое, дебелое, все, связывающее свободу, с усилием отбрасывают от себя и плывут, дальше и дальше уходят в беспредельную морскую даль. Отталкивают грубое и тяжелое, чтобы перейти к тончайшему, далее видят еще более изящное и прекрасное, простираются опять вперед, отвергают все, что препятствует, чтобы подниматься все выше и выше.

Умудриться человеку в духовных бранях, познать своего Промыслителя, ощутить Бога своего и сокровенно утвердиться в вере в Него — невозможно иначе, как только по силе выдержанного им испытания.

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

О духовной жизни

Мы все очень часто слышим, произносим сами эти слова – «духовная жизнь». Однако далеко не всегда они бывают наполнены одним и тем же смыслом. Порою мы видим, как слово «духовность» произносят люди, чей образ жизни, поведения однозначно свидетельствуют о том, что они вряд ли вообще могут иметь какое бы то ни было представление о том, что это такое. Впрочем, зачастую очень смутное представление о духовности приходится наблюдать и у людей церковных. Поэтому прежде, чем начинать эту беседу, я уточню, что в собственном смысле духовная жизнь есть жизнь человеческого духа.

Мы знаем, что человек, согласно учению святых отцов, трехсоставен, – при этом имеются в виду дух, душа и тело. (Некоторые святые отцы говорят, что человек двухсоставен, имея в виду душу и тело, и при этом считают, что дух – это некая способность, высшая сила человеческой души, так что это различие во мнениях не меняет сути.) Если говорить о человеческом духе, то, наверное, точнее всего можно объяснить, что это такое, словами Священного Писания, Книги Бытия, о том, как Господь, сотворив человека, вдохнул в его лицо дыхание жизни (Быт. 2: 7). Вот это самое дыхание жизни, этот дух, который в человеке, который, как сказано, от Бога пришел и к Богу отходит (см.: Еккл. 12: 7), – это есть то, что проявляется в нас некоей неутолимой, постоянной жаждой Бога; то, что в нас служит источником подчас подсознательного, нам самим непонятного стремления к Богу, нашей потребности в Нем. И, казалось бы, раз мы имеем дух, который к Богу стремится, то совершенно естественно для нас духовной жизнью и жить. Но оказывается, что в человеке после грехопадения совершенно нарушилась та иерархия сил, стремлений, желаний, которая была присуща ему первоначально. И, как говорят некоторые церковные писатели, человек уподобился перевернутой пирамиде: должен был быть выше всего дух, затем душевные потребности, а потом уже непосредственно потребности плотские, всем нам хорошо знакомые. Оказывается же всё совершенно иначе: у нас первыми идут потребности нашей плоти, они, в свою очередь, воздействуют определенным образом на душу и на ее потребности, а дух оказывается совершенно задавлен и плотью, и душой. Под душой, под ее потребностями мы в данном случае понимаем человеческие отношения, сферу земных привязанностей, пристрастий, удовольствий, которые сами по себе не греховны, но которые, безусловно, гораздо ниже, нежели те радости и те устремления, которые свойственны духу. И получается, как я уже сказал, что дух в нас совершенно задавлен.

Каждый из нас приходит в храм, молится дома, читает какие-то книги о спасении и, опять-таки, о духовной жизни. И каждый раз, делая всё это, мы не можем не ощущать, что на нашем сердце как бы лежит некая пелена нечувствия. Мы молимся – но можем ли мы сказать, что на каждое слово молитвы откликается наше сердце? Нет, зачастую это бывает не так. Мы приходим в храм, и огромное количество каких-то посторонних мыслей, воспоминаний, забот, попечений овладевают нашим умом и сердцем. То же самое порой происходит и при чтении. Вот приходит человек и говорит: «Батюшка, я начал читать такого-то святого отца; я читаю одну страницу, вторую страницу, десять страниц, а потом задаюсь вопросом: “А что я прочел?” И не могу ответить себе на этот вопрос, потому что не помню». Или же человек садится читать книгу и засыпает. Его бессонница мучила, а когда он читать начал, сон тут же им овладел. Почему? Потому что настолько тяжело нам дается этот духовный труд. Тяжело – поскольку, опять-таки, наш дух постоянно находится в задавленном, угнетенном, неестественном для него состоянии. И только лишь в какие-то отдельные моменты мы чувствуем, как наше сердце оживает. Мы чувствуем, как во время службы нас увлекает то или иное песнопение, то или иное молитвословие. Мы чувствуем, когда становимся молиться, как какая-то молитва не только произносится устами, но и исходит собственно из нашего сердца, и мы понимаем, с чем, почему, зачем обращаемся к Богу, так что наша молитва превращается в то, чем она действительно должна быть, – в разговор нашей души с Богом. Это время, когда в нас действует Божественная благодать, которая как бы показывает нам, что на самом деле может с нами быть, какими могут быть наши взаимоотношения с Богом, какова может быть жизнь нашего духа. Но потом это состояние проходит, и мы снова сталкиваемся с повседневностью, так что вновь всё оказывается погребено под какими-то житейскими заботами, нуждами, нашими физическими состояниями. И возникает, конечно, вопрос: можем ли мы этим процессом хотя бы в какой-то степени управлять, зависит ли он от нас, от нашей воли, или же мы всецело преданы этому состоянию – плотскому и душевному – и никак не можем стать людьми духовными, как бы мы ни бились?

Если мы посмотрим на все те аскетические делания, которые имели место в жизни святых отцов и подвижников благочестия, то увидим, что это и есть средства, направленные на то, чтобы ослабить узы плоти, душевных привязанностей и пристрастий и дать силу и свободу нашему духу. На самом деле его не надо как-то специально укреплять, растить – он сам, как только почувствует свободу, отдастся своему естественному стремлению к Богу. И мы тогда увидим, какой его жизнь может быть.

Бывает очень большой ошибкой, когда человек воспринимает те делания, о которых я сейчас говорю, будь то пост, бдение, предстояние Богу в молитве, как-то изолированно и считает, что каждое из них имеет ценность само по себе. Безусловно, ни один наш подвиг сам по себе ценности иметь не может. Мы трудимся, мы подвизаемся, мы постимся и чего-то не едим, мы еще от чего-то отказываемся – и всё это нужно не Богу, а нам самим. И только лишь тот результат, к которому должен этот труд привести, является по-настоящему ценным.

Чтобы не давать себе повода гордиться, нужно вкушать пищу так, чтобы даже еда влекла нас к смирению.

Выработав навык молиться внимательно, мы заметим изменения, которые и в нашей внутренней жизни станут происходить.

Я вкратце сказал о тех деланиях, которые должны быть нам присущи как людям, стремящимся оживить свой дух и освободить его из той подавленности, в состоянии которой он находится. Но самое главное, безусловно, не эти делания как таковые, ибо они, как я уже сказал, всего лишь навсего средства. Основа духовной жизни, ее центр, ее средоточие – это наши личные взаимоотношения с Богом. И очень важно понять, что самое главное, к чему ведут все подвижнические делания, – это жизнь в ощущении присутствия Бога, а еще определеннее говоря – жизнь с Богом.

В жизни есть масса вещей, о которых мы в принципе не задумываемся. Мы дышим воздухом – он есть, но мы не ценим его до тех пор, пока не ощущаем в нем недостаток. То же самое можно сказать о воде, о пище, о климатических условиях, в которые мы помещены. То есть, как правило, когда нам хорошо, мы ничего не замечаем – и обращаем внимание на что-то только когда нам становится плохо. И вот такое же отношение зачастую присуще людям и к Богу. Господь поддерживает нас в состоянии бытия – не будь Его воли нас в этом состоянии поддерживать, наше существование моментально прекратилось бы – а вспоминаем мы о Нем тогда, когда что-то в нашем привычном течении жизни нарушается: когда приходит болезнь, уходят в иной мир близкие, возникают другие тяжелые обстоятельства. Преподобный Иоанн Лествичник говорит: как вода, стесняемая со всех сторон, поднимается вверх, так и наша душа в стесненных условиях восходит к Богу. Действительно, тогда всё забывается и вспоминается Тот Один, Который может помочь. Но к этому состоянию – состоянию восхождения к Богу – нам нужно стремиться приходить и без внешних искушений, испытаний, то есть стремиться к этому тогда, когда у нас всё вроде бы хорошо.

Когда мы вспоминаем о Боге как о чем-то внешнем по отношению к нам, то это не есть собственно память о Боге.

Как этого достигнуть? Мы можем такой эксперимент предпринять – а на самом деле это не просто эксперимент, а то, что должно стать делом нашей жизни. Вот пробуждаемся мы утром и с момента пробуждения думаем о том, что для нас сегодня самое важное – не забывать о Боге или хотя бы как можно чаще о Нем вспоминать. А потом проходит день, и мы себя испытываем, как этот день был прожит, какую часть этого дня мы помнили о Боге и как часто мы о Нем забывали. И оказывается, что на самом деле о Боге мы забываем очень и очень часто. Мы говорим, не помня о Боге, мы действуем, не помня о Боге, мы едим, не помня о Боге, – причем мы можем даже помолиться перед едой, но о Боге не вспомнить. И самое поразительное, что мы порой стоим в храме на службе, слушаем то, что читается и поется, – и не помним при этом по-настоящему о Боге; мы умудряемся помолиться дома и по-настоящему не вспомнить о Боге. Как это возможно? Дело в том, что когда мы вспоминаем о Боге как о чем-то внешнем по отношению к нам, то это не есть собственно память о Боге. Это можно вот с чем сравнить: в нашей жизни есть масса людей, с которыми мы знакомы и в принципе о них помним, но они не занимают нашего сердца и нашего внимания по-настоящему. Порой на таком же месте в нашем сознании находится и Господь… А можно привести другую аналогию: есть в нашей жизни порою какой-то один, а может быть, два-три по-настоящему близких для нас человека. И когда с кем-то из этих близких людей что-то происходит – например, человек заболевает, ему угрожает какая-то опасность, – мы ни о чем, кроме него, думать не можем, наше внимание постоянно приковано к нему. Вот примерно то же самое должно быть и с нашим отношением к Богу: наши мысли, наше сердце должны быть заняты Им.

Человек, живущий духовной жизнью, ощущает свою постоянную связь с Господом. Мы должны чувствовать, что без Него не можем жить, без Него не можем обойтись; мы должны ощущать, что если на какое-то мгновение о Нем забыли, у нас словно почва из-под ног ушла, и должны о Нем тотчас же вспомнить. Каким образом приходит к этому человек? Вы знаете, что есть учение святых отцов о непрестанной молитве. Но я не буду говорить таких высоких слов, как непрестанная молитва, нерассеянная молитва, зрительная молитва, – я скажу о том, что мы должны подвизаться в молитве постоянной, то есть наш ум не должен быть непрерывно занят какими-то размышлениями, переживаниями и беспокойствами о земном: когда нам нужно обдумать то или иное дело, размышлять на эту тему интенсивно и продуктивно мы можем 5–10, максимум 15 минут. Мы же размышляем порой днями и ночами, и это размышление носит скорее разрушительный для нас, нежели созидательный характер. И поэтому нам для того, чтобы подумать, надо выбрать какое-то определенное время, которое должно быть этому посвящено, а всё остальное время нужно стараться обращаться к Богу и молиться. При этом молитва способна нас в гораздо большей степени просветить и вразумить в непростых обстоятельствах и ситуациях, нежели все эти наши мечущиеся из стороны в сторону помышления. И в то же время эта постоянная молитва – хотя она может быть еще недостаточно внимательной, может быть рассеянной, может не касаться по-настоящему глубоко нашего сердца – является для нас тем самым условием, при котором наш дух в какие-то моменты может пробуждаться и к Богу устремляться. И, кроме того, надо еще помнить: Господь, когда видит, что человек трудится, начинает ему помогать. И человек обретает те дары, которых своими силами он бы, безусловно, стяжать не сумел.

Научи меня, Господи, по Тебе тосковать – мучиться, страдать, скорбеть, когда я не имею постоянного общения с тобой!

Молиться в течение дня нужно не только молитвой Иисусовой или какой-то другой краткой молитвой – нужно, помимо этого, приобрести опыт обращения к Богу в тех нуждах, в тех трудных положениях, в которых мы испытываем необходимость Божией помощи. А испытываем мы необходимость в ней не только тогда, когда у нас в житейском плане что-то произошло, или когда на работе кто-то обидел, или дома что-то случилось. Мы имеем определенные духовные нужды: например, видим, что нам не удается молиться внимательно. Кого нужно просить о том, чтобы научиться внимательно молиться? Конечно, Бога. Мы чувствуем, что нам не удается справиться с какой-то страстью; мы понимаем, что сейчас идем куда-то, где будет масса поводов для того, чтобы та или иная страсть в нас снова восстала; мы ощущаем, что постоянно увлекаемся во что-то, что для нас, страшно сказать, интереснее Бога, привлекательнее Бога, нам страшно от этого, но ничего поделать с собой мы не можем. И нужно обращаться со всем этим к Богу, просить Его помочь. А то ведь бывает так, что есть мысль «Не надо о Боге забывать, надо помышлять о Нем», но есть и какое-то дело, которое для нас приятно и которое трудно совместить с памятью о Боге. Это может быть не какой-то явный грех, но любое предпочтение чего-либо Богу становится для нас грехом. В этом случае мы можем обращаться к Нему с молитвой и говорить: «Господи, помоги мне ни в чем не находить удовлетворения, кроме Тебя, ни в чем не находить подлинной радости, кроме Тебя. Научи меня, Господи, по Тебе тосковать – мучиться, страдать, скорбеть, когда я не имею постоянного общения с тобой». И Господь в ответ на молитву человека даст просимое, то есть его душа действительно начнет Бога искать; Господь его со всех сторон по его же собственной просьбе утеснит, и человек естественным образом к Нему устремится.

В целом духовная жизнь – это то, о чем можно рассказать в неких общих чертах, но что это на самом деле такое, каждый человек узнаёт только лишь тогда, когда к этой жизни приступает, когда начинает ею жить, когда она становится его собственной жизнью и начинает в его бытии преобладать. А до того все разговоры о ней носят в значительной степени внешний характер. Это всё равно что пытаться представить себе по описаниям какое-то блюдо, которое мы никогда в жизни не пробовали и не знаем, какой у него вкус. А когда человек хотя бы раз духовной пищи вкусит, то вкус ее он уже не забудет и будет испытывать потребность к этому духовному вкушению раз за разом возвращаться.

скрыть способы оплаты

скрыть способы оплаты

Игум. Нектарий (Морозов)

Как оживлять свою душу

Игумен Нектарий (Морозов)

И мы рискуем не жить, а существовать, прозябать, спать, если… Если не решимся-таки – и тревожить, и мучить, и понуждать.

Практические советы относительно повседневной жизни христианина Практические советы относительно повседневной жизни христианина

Старец Ефрем (Мораитис)

Прирождённый проповедник, прошедший школу умного делания, братолюбивый пастырь, упорно взыскующий усердия своих чад, о. Ефрем имеет в своём арсенале всё разнообразие Православной духовности, его пронизанные тёплой заботой проповеди и наставления изобилуют ссылками на Священное Писание, примерами из жизнеописания древних подвижников Православной веры, яркими суждениями Отцов Церкви.

Голод по Богу

Митр. Лимасольский Афанасий

Голод по Богу

Митрополит Лимасольский Афанасий

Мы часто спрашиваем, не грех ли то или другое. Например, грех ли курить? Грех ли пить? Грех ли ходить на дискотеки? Это неправильные вопросы.

Подпишитесь на рассылку Православие.Ru

Рассылка выходит два раза в неделю:

  • В воскресенье — православный календарь на предстоящую неделю.
  • Новые книги издательства Сретенского монастыря.
  • Специальная рассылка к большим праздникам.
Оценка 4.3 проголосовавших: 55
ПОДЕЛИТЬСЯ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here