Молитва оптинского старца илия

Все о религии и вере - "молитва оптинского старца илия" с подробным описанием и фотографиями.

Оптина пустынь, старец Илий: узнайте, как попасть

Главное отличие настоящего духовника от иных, только пытающихся походить на старца, заключается в мудрости и смирении. Одним из самых известных и загадочных представителей российского духовенства, ставшего символом старейшей монашеской обители в России – Оптиной пустыни, а также личным духовным наставником Российского Патриарха Кирилла является старец Илий. Этот человек – редкий пример легкого, возвышенного и чистого душевного состояния. Именно поэтому сотни людей из всех концов страны ежедневно ищут встречи с ним.

Кто такие старцы?

Каждый человек идет по жизни своим собственным путем. Чтобы не сбиться с верного пути, не угодить в пропасть, ему нужен кто-то, кто укажет ориентир, не даст заблудиться, а в нужный момент поддержит и наставит на путь истинный. Такими помощниками с незапамятных времен на Руси были старцы. Их уважали и боялись одновременно, ведь они – последователи древнерусских волхвов, впитавшие с кровью предков Великую Мудрость. Многие старцы обладали даром предсказания и исцеления, но главная цель настоящего старца – познать откровение Божье и духовно помочь нуждающемуся.

Старец Илий: биография

Родился Илий (в миру – Алексей Афанасьевич Ноздрин) в 1932 году в многодетной крестьянской семье в поселке Становой Колодезь Орловской области. Его отец, Афанасий, во время Отечественной войны в 1942 году был тяжело ранен и скончался в госпитале. Мать, Клавдия Васильевна, в одиночку воспитывала четверых детей. Окончив школу в 1949 году, Алексей прошел срочную службу в армии. В 1955 году поступил учиться в Серпуховский механический техникум, а после его окончания в 1958 году по распределению был направлен в Волгоградскую область для строительства хлопчатобумажного комбината в г. Камышин. Но не найдя себя в профессии строителя, решил посвятить свою жизнь Богу, поступив учиться в Духовную семинарию города Саратова. В 1961 году, в связи с хрущевскими гонениями и давлением на церковь, семинария была закрыта, а Алексей был вынужден переехать в Ленинград, где продолжил учебу в духовной академии и принял постриг инока с именем Илиан.

С 1966 года служил настоятелем в Псково-Печерском монастыре, а в 1976 году был отправлен нести послушание в обитель русского великомученика Пантелеймона на Святой горе Афон в Греции. Там будущий старец Илий жил в горном ските и духовничал в Пантелеймоновом монастыре. В конце 1980-х годов был отозван обратно в СССР и направлен в восстанавливаемую Оптину пустынь, которая запустевала на протяжении последних 65 лет. Здесь Илиан принял великую схиму, предусматривающую совершенное отчуждение от мира для воссоединения с Богом, а также постриг с именем Илий.

На протяжении последующих 20-ти лет он возрождал в обители старческое служение, что в итоге вернуло Оптиной пустыни былое величие. В 2009 году старец Илий был назначен духовником Патриарха всея Руси Кирилла и переехал в его резиденцию в Троицко-Сергиевой Лавре в поселке Переделкино Московской области. В апреле 2010 года на праздник Пасхи старец возведен Патриархом в сан схиархимандрита.

История обители

Оптина пустынь – православный монастырь для мужчин, расположившийся в двух километрах от города Козельск в Калужской области. По древнему преданию монастырь был основан на рубеже XIV-XV веков раскаявшимся разбойником Оптой (или Оптием), принявшим монашество под именем Макарий. Оптинская обитель служила пристанищем для старцев и стариц, проживающих в отдельных строениях монастыря, но под духовным руководством одного настоятеля. Первые упоминания об этой обители можно найти в писцовых книгах Козельска, относящихся ко временам царствования Бориса Годунова.

В начале XVIII века Оптина пустынь переживала тяжелые времена в связи с постоянными оброками государству на войну со шведами и строительство Петербурга, а в 1724 году вообще была упразднена согласно Духовному регламенту и присоединена к Спасо-Преображенскому монастырю, расположенному в соседнем городе Белеве. Через два года по приказу Екатерины II монастырь был восстановлен, а на его территории началось строительство новых храмов, которое продолжалось вплоть до начала ХХ столетия.

Оптина стала одним из крупнейших духовных православных центров России, со всех сторон к ней тянулись паломники и страждущие, некоторые из которых поселялись в ските, устроенном в 1821 году. По мере поступления пожертвований обитель приобрела земельные угодья, мельницу.

В 1918 году Оптина пустынь была закрыта согласно указу СНК РСФСР, а в 1939 году на территории монастыря по приказу Л. Берии организован концлагерь для пяти тысяч польских военных, расстрелянных позже в Катыни. С 1944 по 1945 гг. здесь расположился фильтрационный лагерь для советских офицеров, вернувшихся из плена.

Оптина пустынь сегодня

Только в 1987 году Советское правительство передало монастырь в распоряжение РПЦ. С этого момента началось активное восстановление монастыря – как материальное, так и духовное. Идеолог и координатор восстановления монастыря Оптина пустынь – старец Илий. Именно благодаря этому человеку обитель вновь обрела славу крупнейшего центра православия и паломничества. Ее уникальная энергетика и красота храмов привлекает тысячи паломников и туристов со всего мира. На территории монастыря располагаются 7 действующих храмов:

  • Введенский собор – главный храм обители;
  • Храм Иоанна Предтечи и Крестителя Господня в Иоанно-Предтеченском Скиту;
  • Храм прп. Илариона Великого;
  • Храм Казанской иконы Божией Матери;
  • Храм Владимирской иконы Божией Матери;
  • Храм Преображения Господня;
  • Храм иконы Божией Матери «Спорительница хлебов».

Переделкино

Дачный поселок Переделкино расположен в Московской области. Ближайшие железнодорожные станции – «Переделкино» и «Мичуринец». Городок известен не только благодаря монастырю и старцу Илию, а также тем, что там в свое время проживали и работали известные литераторы и артисты. В их числе Александр Фадеев, Белла Ахмадулина, Валентин Катаев, Булат Окуджава, а также Корней Чуковский, который проводил здесь свои знаменитые костры, где выступали Рина Зеленая, Аркадий Райкин, Сергей Образцов. Здесь расположены дома-музеи Окуджавы, Пастернака, Чуковского и Евтушенко.

Как доехать до монастыря?

Учитывая, что Оптина пустынь находится вблизи станций ЖД «Переделкино» и «Козельск», добраться до нее по железной дороге не составит особого труда. С Киевского вокзала в Москве ходят электрички в направлении Калуги или Сухиничей. До Козельска можно доехать и автобусом от станции метро «Теплый стан».

У владельцев автомобилей, учитывая нынешнее изобилие различных навигационных систем и карт, также не возникнет особых проблем с поиском верного пути. Но если добраться до монастыря – дело не хитрое, то как попасть к старцу Илию на прием – это совершенно иной вопрос. Прежде чем отправиться в путь с этой целью, следует заранее узнать о распорядке дня в обители, а также о расписании приема.

Если Богу угодно

Многие хотят, чтобы с ними пообщался старец Илий (Переделкино). “Как попасть на прием к старцу и примет ли он?” – это основные вопросы приезжающих паломников. Конечно же, схиархимандрит не сможет удовлетворить всех страждущих, но, как говорят местные монахи, если Богу будет угодно, то встреча обязательно состоится. Обычно старец Илий до обеда принимает в трапезной, где за столами располагаются приехавшие, а очередь движется вокруг этих столов. Если люди шумят в очереди или спорят, то он лично разгонит или примирит гостей.

Ближе к 16 часам старец удаляется отдыхать, а когда вернется и вернется ли в этот день, одному Господу известно. У монастыря есть свой интернет-ресурс (www. optina. ru), на котором можно узнать, где сейчас старец Илий и когда состоится очередной прием.

Сила молитвы

Считается, что молитва старца обладает двойной силой, потому как это молитва просветленного. Поговаривают, что если он помолится об упокоении души, то душа грешного может освободиться даже от адского плена. Удивительный случай произошел и в Оптиной пустыни. Однажды в скит к Илию привезли тяжелораненого в Чечне бойца. Врачи не знали, как спасти военного и не решались на операцию, так как тот был без сознания, а пуля находилась в нескольких миллиметрах от сердца. Молитва старца Илия «Да воскреснет Бог» заставила поверить в чудо отчаявшихся докторов – раненый пришел в себя и открыл глаза. После проведенной операции солдат начал выздоравливать.

  • Подписаться
  • Поделиться
  • Рассказать
  • Рекоммендовать

Очень хочу попасть к вам, чтобы поговорить о моем покойном самоубиенном сыне, Данииле, ему было 20 лет. Я вчера похоронила его. Сама я грешна, жила с мужем не венчаная, убивала детей своих во чреве, не часто хожу на службу в храм и знаю, что не смогла воспитать в сыне веру в бога. Очень хочу помочь его душе и не знаю могу ли я что-то сделать. Нужна ваша помощь и молитва, если это возможно.

Молитва оптинского старца илия

Истории про старца илия

Схиархимандрит Илий (Алексей Афанасьевич Ноздрин) родился в 1932 году в селе Становой Колодезь Орловского района Орловской области. Учился в Серпуховском механическом техникуме. Духовное образование начал в Саратовской семинарии, после ее закрытия перевелся в Санкт-Петербургскую. Там же принял иноческий чин. Был насельником Псково-Печерского монастыря, нес служение на Афоне. В конце 80-х вернулся в Россию, где стал духовником Оптиной Пустыни. Сейчас он духовник Патриарха Кирилла и находится в Переделкино, на подворье Троице-Сергиевой Лавры.

Впервые имя оптинского старца Илия я услышал в Высоцком мужском монастыре города Серпухова. Дело было так. Я попал на исповедь к игумену монастыря отцу Кириллу, который долго и внимательно слушал мои слова, а затем сказал: «Лучше всех тебе ответил бы духоносный старец. Я боюсь повредить. У меня нет такого духовного опыта. Есть старец – отец Илий в Оптиной пустыни, к нему езжай. Не знаю, сможешь ли пробиться: к нему много людей притекает».

Сказано – сделано. Вот я в Оптиной – стою в Казанском соборе, благоговейно замирая, слушаю звонкие переливы двух монашеских хоров, стоящих на левом и правом клиросах. У кого-то из поющей братии такой сильный и густой бас, что у меня внутри, там, где предположительно должна находиться душа, что-то начинает трепетать. Один богомолец указал, по моей просьбе, на отца Илия. Я представлял его совсем по-другому. Богатырем, типа Ильи Муромца, и имя у него схожее. А тут? «Нет в нем ни вида, ни величия». Маленького роста, тщедушный, длинная седая борода. Служба закончилась. Отца Илия обступили такой плотной толпой люди, что оставалось только удивляться, как его не сбили с ног и не затоптали.

Тогда для меня, только идущего ко храму, это было в диковину – фу, как не культурно, не вежливо, какой фанатизм – так набрасываться на пожилого человека! В то время я не очень понимал различие между старым человеком и старцем-молитвенником – богатырем Духа.

Постой-ка рядом, послушай, о чем говорят, о чем просят старца паломники. Сколько горя – с ума сойдешь!

Грузная тетка с почерневшим от свалившейся на нее беды лицом цепляется за отца Илия: «Батюшка, сын человека убил. Скоро суд будет. Помолись! Что делать – не знаю!» Старушка с заплаканными, выцветшими от боли глазами вопиет: «Батюшка, у невестки рак, с кулак шишку на голове надуло, трое деток малых останутся без матери, помолись за нас, родимый, погибаем!» Со всех сторон звучит как стон: «Батюшка! Батюшка! Батюшка!»

После всего услышанного мои вопросы, с которыми я приехал к отцу Илию, показались мне ничтожными и как-то сами собой прояснились у меня в голове.

Второй раз я увидел отца Илия, когда приехал в Оптину в числе таких же, как и я, новоначальных христиан. Нас по одному подводили к батюшке под благословение. Не знаю, что он говорил моим предшественникам, но мне слово его попало не в лоб, а прямо в глаз. Я подбежал к батюшке, сложил ладони лодочкой и молодцевато, как на плацу генералу, гаркнул: «Раб Божий такой то». Отец Илий устало взглянул на меня и слабым голосом произнес: «Да… Русский язык мы знаем…»

Кровь бросилась мне в лицо – я с особой ясностью осознал смысл привычных русских слов, которыми мы козыряем по много раз в день. «В самом деле, ну, какой ты раб Божий? Ты есть раб греха и порока», – словно со стороны подумал я о себе во втором лице.

Батюшка сходу обличил меня: произнес, прикровенно, невеселую правду обо мне. Пожалел он меня, сказал в необидной форме, с горечью, как бы внутренне сокрушаясь обо мне, что я такой непутевый.

Третья встреча с отцом Илией состоялась в братском корпусе, за закрытыми дверями. Нас, паломников, было трое, и каждый мог сравнительно спокойно поговорить с батюшкой. Я заранее подготовил в уме слова о своих внутренних нестроениях и житейских бедах, которые в тот период моей жизни особо одолевали меня, рождая в душе ледяное уныние и безразличие ко всему. Мне хотелось попросить святых молитв батюшки (ведь много может молитва сильного) и узнать, как жить дальше. Когда подошла моя очередь, я, стесняясь своего физического превосходства, встал перед отцом Илией на колени и неожиданно для себя сказал: «Батюшка, умножь во мне веру!»

«Веру?» – нараспев произнес батюшка. Удивился. Затем хорошо, так ласково улыбнулся, что сразу угрел мне сердце. Слова и время потеряли значение. Все, кроме одного, утратило смысл – вот так стоять бы до конца жизни рядом с батюшкой на коленях, да греться в его лучах – на греческом языке его имя значит Солнце. Сколько же это длилось? Может быть, десять минут, а может быть, и вечность. С того дня я стал живее понимать слова Апостола – «покрывайте любовью», испытав на себе тепло настоящей любви.

Батюшка Илий! Пожалуйста, помолись Богу о нас, грешниках!

Гришин, М. Русский вестник от 04.09.2003.

Отец Владимир – московский дьякон, духовный друг отца Илиодора, чадо старца, схиигумена Илия. Пять лет он был оптинским послушником. По его словам, это была хорошая школа, давшая внутренний стержень для всей дальнейшей жизни.

Я прошу рассказать мне о старце, и внутри уже звучит знакомая мелодия, и я знаю, что услышу что-то интересное. И отец Владимир, действительно, рассказывает мне истории про старца, которые, с его разрешения, я и передаю.

Произошла эта история довольно давно. Отец Владимир тогда еще не был дьяконом. И от церкви был далек. А был он молодым бизнесменом. Занимался строительным бизнесом. И вот дела его стали идти всё хуже и хуже. Навалились всевозможные скорби и испытания. Да так тяжело стало, что и не знал он, как пережить такие трудные и запутанные жизненные обстоятельства. И тут кто-то из верующих друзей посоветовал: «Тебе нужно к старцу обратиться. Ты его совет-то исполнишь – вся жизнь твоя и наладится. Да еще и помолится за тебя старец-то. Вот и будет у тебя всё в порядке, заживешь лучше прежнего».

Как это – лучше прежнего, – тогда Володя и не представлял. Бизнес лучше пойдет? Конкуренты исчезнут? Проблем не будет?

Вот сейчас отец дьякон сидит за рулем, и для него главное – духовная жизнь, жизнь по заповедям. А тогда он не знал, как выбраться из жизненного тупика. Но слова о старце крепко запали в душу. Где искать этого старца, Владимир не имел ни малейшего представления. Скорби продолжались, и время от времени он вздыхал: «Совсем невмоготу… Эх, вот найти бы старца…»

Как-то раз вечером ехал Володя на машине по городу, и так вдруг на душе тяжело стало, что подрулил он к обочине дороги, положил голову на руль и так остался сидеть. Вдруг слышит: кто-то стучит в окошечко. Поднимает голову – стоит священник в рясе с крестом на груди и просит его подвезти.

– Да! Я он самый и есть!

– Батюшка, я Вас, конечно, подвезу! А у меня вот проблемы. Старца я ищу…

– Старца? Ну, тогда тебе надо в Оптину ехать. Сейчас ты меня подвези, пожалуйста, до Ясенево. Там Оптинское подворье. А завтра, если хочешь, поедем вместе в Оптину. Хочешь?

А был это, оказывается, отец Симон. Сейчас-то он уже игумен, а тогда был молодым оптинским иеромонахом. Назавтра они и поехали.

Приезжают в Оптину, и Володя первый раз в монастыре оказался. Приехали уже поздно, ночью. Пришли в скит, заходят в большую келью. А там нары двухъярусные. Народу много. Кто молится, кто спит-храпит. «Батюшки-светы, куда это я попал?» – думает Володя. С дороги устал сильно. Попросил соседей разбудить его пораньше – и отключился.

Просыпается, глаза открывает и понять не может, где находится. Светло уже. Вокруг пустые нары, и никого. Смотрит на часы – время одиннадцать. И на службу опоздал! Расстроился сильно. Всё на свете проспал…

Пошел Володя по утоптанной тропинке к монастырю. Бредет, головы не поднимая. Слышит, снег скрипит под ногами – кто-то навстречу идет. Поднял с трудом свою унывающую головушку – а это какой-то старенький монах идет с палочкой. Остановился и говорит Володе: «С праздником! С воскресным днем! Что невесел?»

А Володя так унывает, что и отвечает с трудом:

– Здравствуй, отец. Не знаешь, где бы мне старца найти?

– Старца? Нет, не знаю. А что у тебя случилось-то?

Володя немного приободрился. Обрадовался, что хоть кто-то его проблемами интересуется. Думает: «Как хорошо, что я старого монаха-то встретил! Хоть и не старец, но жизнь-то повидал. Может, мне его Господь послал. Может, он мне чего и посоветует…»

Начал рассказывать. А монах слушает, да так внимательно. Головой кивает. Так, понимаешь, слушает хорошо. Не все ведь слушать умеют. Иногда рассказываешь и понимаешь, что человек только из вежливости делает вид, что внимает тебе. А проблемы ему твои не нужны, ему своих хватает. Или, бывает, слушает и только и ждет, когда ты рот закроешь, чтобы выложить тебе свои умные мысли. А этот старенький монах так слушал, как будто Володя ему сын родной. И все его беды для него тоже – боль. Так и захотелось этому старому монаху всё, что на душе камнем лежит, рассказать. Всё ему изложил. Все проблемы. Так, мол, и так, отец, совсем невмоготу, как и дальше-то жить – не знаю. А монах выслушал внимательно и говорит:

– А ты хоть кушал сегодня?

– Да какое там кушал, отец! Не разбудили меня! На службу и то опоздал. И со старцем не встретился! Понимаешь, старцев нет нигде!

– Понимаю, старцев нет, одни старички. Пойдем-ка вместе в трапезную.

И пошли. Только чувствует Володя, что настроение у него резко изменилось. Голову поднял, смотрит вокруг – красотища! Снегу навалило! Сугробы белые, снег белоснежный, в Москве такого не бывает. Искрится на солнышке. Воздух чистый, морозец легкий. Солнышко в небе голубом. Хорошо! Где-то колокола звенят, а в воздухе такая благодать разлита, что не радоваться жизни невозможно, что впору кувыркаться в снегу. Монах старенький вместе с ним идет со своей палочкой, улыбается себе под нос. Не успели они пятьдесят метров пройти – навстречу толпа людей. Смотрит Володя – все они к старенькому монаху бегут благословляться. Радостные такие. «Батюшка, батюшка!» – лепечут. Вот уже и Володю оттеснили. Каждый что-то спросить у монаха хочет. Володя посмотрел-посмотрел – да и спрашивает у одной пожилой паломницы:

– Простите, а что, здесь всех старых монахов такой толпой встречают?

– Чего ты там такое говоришь-то? Каких таких старых монахов? Да ты знаешь, кто этот старый монах? Да ведь это старец!

– Да я же тебе говорю, что это старец известный оптинский, схиигумен Илий.

Что ж ты такой бестолковый-то!

Володя даже присел:

– Как так – старец?! А он сказал, что старцев нет, одни старички! А я-то ему даже вопросы свои не задал. Вот была возможность – и ту упустил!

Тут из толпы паломников тот самый монах, который старцем оказался, выбирается и машет Володе рукой – за собой зовет. Все сразу на него внимание обратили и стали в спину подталкивать:

– Иди скорей, батюшка зовет!

Пришли они со старцем в трапезную. Володю с послушниками посадили. А он и есть-то толком не может, переволновался. Да еще в куртку, в карман нагрудный полез за телефоном, а там привычного пакетика нет, в котором водительские права лежали.

После трапезы подходит к Володе один послушник и говорит:

– Вас батюшка отец Илий зовет.

Приводит он Володю к старцу. Все заготовленные Володей вопросы из головы повылетали от волнения. Только и смог промямлить:

– Батюшка, как же я домой-то доеду?!

И замолчал. Про права не знает, что сказать: потерял, выронил? Может, на нарах в келье лежат? А схиигумен Илий ему и говорит:

– Это ты про права, что ли? Ничего, найдешь. Ты дома их оставил, они у тебя в другом костюме в кармане лежат. А до дому-то ты действительно можешь не доехать. Отгонишь машину свою в мастерскую, там пусть ее посмотрят хорошенько. И еще. Нужно тебе потом вернуться в Оптину, пожить здесь – потрудиться, помолиться. А теперь давай-ка благословлю на дорогу. Ангела-Хранителя!

Вышел Володя из трапезной. На душе так легко! И вопросы все показались такими мелкими и ненужными. А главное – так захотелось в Оптиной пожить!

Когда машину в мастерской посмотрели, оказалось, действительно, серьезная неполадка. И могла быть даже авария.

Едет Володя домой без документов, на полпути – пост ГАИ. Скорость сбавил. Дорога пустынная, и смотрит он: к нему гаишник идет, жезлом крутит. Сам на Володю так весело посматривает, чуть ли не подмигивает. Володя начинает тормозить и думает: «Ну всё». Только гаишник свой жезл стал поднимать, как у него в кармане сотовый зазвонил. Он сразу же в другую сторону отвернулся, телефон достал и стоит разговаривает. Володя и проехал.

И доехал так быстро, будто Ангелы донесли машину вместе с водителем. А дома, как старец и сказал, документы нашел. В кармане другого костюма лежали.

И проблемы у Володи сами собой решились. Ну, не сами, конечно. Старец хоть и ничего особенного ему не сказал, морали не читал, а помог. Он просто помолился за Володю. «Многое может молитва праведного…»

Жизнь Владимира стала совсем иной. Пять лет послушания в Оптиной, а сейчас вот дьяконом служит. Видимо, с Божией помощью, скоро рукоположат во священники.

Вот как закончились Володины поиски старца.

Отец Владимир знает многих чад своего духовного отца – схиигумена Илия. В том числе был знаком с одним бизнесменом и его водителем, про которых и пойдет дальше речь.

У бизнесмена этого дела плохо шли. И вот как-то раз удалось ему, видимо, по милости Божией, обратиться за помощью в Оптину, к старцу. По молитвам отца Илия дела пошли на лад. Рост материального благосостояния был налицо. На радостях бизнесмен приезжает к батюшке:

– Батюшка, дела хорошо так пошли! Вот хочу поблагодарить Господа! Благотворительностью хочу заняться! Что бы мне такое хорошее сделать? Батюшка, отец Илий, может, Вам что-то пожертвовать?

– Мне ничего не нужно. А если хочешь доброе дело сделать, Господа поблагодарить, то помоги вот одному бедствующему храму. Он, правда, не в Оптиной, но я тебе адрес дам.

– О чем разговор, батюшка дорогой?! Конечно, помогу! Давайте адрес, завтра же и пожертвую!

Проходит месяц, другой, а ему то некогда, то неохота куда-то ехать, то вроде и денег уже жалко. А в Оптину всё тянет. Постоит на литургии, исповедуется, причастится. Опять сердце загорится у него. Дела-то хорошо идут. Подойдет к старцу под благословение:

– Батюшка, я вот хочу пожертвовать что-то, доброе дело сделать! Кому помочь?

– Ну что ж, если хочешь доброе дело сделать, вот приюту помоги. Очень они нуждаются.

– Да я завтра же поеду в этот приют! Да я им так помогу! Книги духовные могу купить! Игрушки! Фрукты! А то иконы пожертвую!

Проходит месяц, другой – забыл о приюте. Да и адрес куда-то завалился.

Повторялось подобное не раз. И однажды старец как-то странно ему ответил. Он батюшке:

– Какое мне доброе дело сделать? Вот иконы кому-нибудь пожертвую! Завтра же!

А схиигумен Илий вместо того чтобы, как обычно, адрес какой-то назвать:

– Да ты теперь хоть одну только иконочку купи и пожертвуй.

– Почему одну?! Да я завтра же много икон куплю и пожертвую!

– Да нет, тебе теперь хоть одну бы успеть.

Вышел бизнесмен из храма, садится в машину и говорит водителю:

– Какой-то батюшка сегодня странный. Я ему говорю, что хочу много икон купить и пожертвовать. А он мне про одну икону отвечает. Дескать, чтобы я успел хоть одну пожертвовать. Странно очень. Ну ладно, одну-то купим. Сейчас, что ли, купить? Ладно, иди сходи в лавку, купи одну икону.

А водитель, человек верующий, обычно всегда кроткий был. А тут вдруг не согласился:

– Не пойду, вам старец благословил купить, вы сами и купите.

– Ну, какая ерунда! Да что вы сегодня, сговорились все, что ли, спорить со мной?

Вышел он из машины, сходил, купил икону, поехали домой. Проезжают мимо одного храма. Видно, что храм нуждается в ремонте.

– Во, сразу видно, что храм бедный. Вот ему и пожертвую.

Взял бизнесмен из машины икону, унес в храм. Вернулся. Едут дальше. Только километра не проехали, как он водителю и говорит:

– Что-то я как-то устал сегодня. Останови-ка машину, я немного отдохну.

Вышел из машины, прилег на траву. И умер.

…Я слушаю эту короткую историю и молчу. Потом говорю: «Все-таки старец-то не бросил его, не отвернулся. Молился за него, наверное. Вот он и сделал доброе дело перед смертью. Разбойник тоже вот только и успел сказать: помяни мя, Господи, егда приидеши во царствии Твоем». Отец дьякон кивает головой и отвечает грустно: «Да, оно так, конечно. Суды Божии – бездна многа. Но помнить нужно всегда: всем обещано прощение исповеданных грехов. Но никому из нас не обещан завтрашний день».

И мы едем дальше и долго молчим. А сумерки сгущаются, и день подходит к концу.

Считается, что молитва старца Илия обладает особой силой. Рассказывают, что однажды к нему в скит доставили смертельно раненного в Чечне офицера-разведчика, который пять месяцев провел без сознания в разных госпиталях. Схиигумен Илий помолился над офицером – и тот открыл глаза, сознание вернулось к нему. После этого началось выздоровление.

Губернатор Волгоградской области Анатолий Бровко: «Старец Илий наделен даром прозорливости. Примерно год назад я был у него, и беседа зашла о том, где жить и работать. Илий сказал мне, чтобы я не уезжал ни в Москву, ни куда-либо еще из Волгограда, добавив, что приедет к нам в следующем году, после знакового события в жизни региона, в моей жизни». По утверждению Анатолия Бровко, эти слова стали своего рода пророчеством. В должность главы региона он вступил в январе следующего года. А старец Илий действительно потом посетил Волгоградскую область[4].

Оценка 4.8 проголосовавших: 5
ПОДЕЛИТЬСЯ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here